Температура меняет разброс, а не честность

Утром в «Севере» собрали письмо площадке по заявке 184. Имена и дату взяли из файла, тон вышел ровный. Днём кто-то сдвинул ползунок «творчества» и попросил то же самое ещё раз. Во втором письме появилась площадка, которой в заявке не было, и бодрый оборот «гарантируем отгрузку». Сотрудник сказал: модель стала честнее, она же теперь творческая. Честнее она не стала. Она реже выбирала самое ожидаемое продолжение.

Цена ошибки — письмо, которое хочется отправить, потому что оно живее. Живее и невернее. Площадка по заявке 184 получила бы обещание, которого в файле нет. Сверка после сдвига ползунка не отменяется. Она становится нужнее, потому что гладких вариантов теперь несколько, и каждый выглядит готовым.

Температура — это разброс следующего куска

Температура — настройка случайности при выборе следующего куска текста. Низкая ближе к самому вероятному продолжению. Высокая допускает более редкие продолжения. Называть это «уровнем ума» не стоит: ум здесь ни при чём. Меняется, насколько следующий ответ может отойти от самого ожидаемого.

Как параметр описан у поставщиков, видно в справке OpenAI о temperature и в справке Anthropic о температуре. Это описание настройки, не обещание, что ответ станет правдивее. В «Севере» на заявке 184 как раз ждали правдивости от ползунка. Ползунок выдал редкую фразу. Редкая фраза про отгрузку звучала уверенно и не совпала с файлом. Разброс и честность стоят на разных полках.

Для цифр — тише, для пачки заголовков — шире

Для письма с цифрами и именами из исходника низкий разброс уместнее. Для десяти разных заголовков — выше. Честность в обоих случаях проверяете вы. Настройка не подписывается под фактом.

На заявке 184 письмо площадке — как раз первый случай. Там дата приёмки, имя склада, название площадки. Редкое продолжение здесь опаснее скучного: скучное чаще повторяет то, что и так вероятно по тексту. Десять заголовков для внутренней планёрки — второй случай. Там одинаковые строки бесполезны, и более широкий разброс даёт разные заходы. Ни один заголовок от этого не становится верным. Его всё равно читает человек, который видел заявку.

Два стакана в «Севере» — два прогона одного письма по заявке 184. Вода одна и та же, файл один. Над первым пар почти прямой: дата и имя на месте. Над вторым пар разошёлся, и в стороне оказалось слово «гарантируем», которого никто не просил. Напитка на столе нет, то есть нового факта в файле не появилось. Появился только более широкий пар. Путать пар с новым источником нельзя.

Разные письма — это настройка, не «передумала»

Один и тот же промпт при высокой температуре даёт разные письма. Это не «модель передумала». Это настройка. Передумать можно о факте, когда в исходнике что-то изменилось. Здесь исходник заявки 184 лежал тот же. Изменился допуск на редкие продолжения, и второе письмо ушло в сторону.

В «Севере» это чуть не стало легендой отдела: «утром она знала дату, днём раздумала». Дата в файле не менялась. Утром разброс был тише, днём его сдвинули и попросили «поживее». Поживее собралось из типичного письма поставщику, а не из строки заявки. Если вам нужны два варианта на выбор, попросите два варианта явно и оставьте разброс спокойным. Если вам нужна та же дата, не крутите ползунок между прогонами и не сравнивайте ответы как показания двух свидетелей. Свидетель один. Ручка у свидетеля разная.

Имеет смысл подписать в заметке, при каком настроении ползунка письмо ушло. Через неделю никто не вспомнит, почему черновик по заявке 184 «вдруг» другой. Вспомнят спор. Не вспомнят ручку.

В чате ползунка может не быть

В чате ползунка может не быть, а в программном интерфейсе настройка есть. Не обещайте, что бегунок в окне называется именно temperature. Этого в открытом описании вашего чата может не быть. Где-то ползунок подписан «точнее / свободнее», где-то его нет совсем, где-то имя параметра видно только тому, кто собирает запрос. Смотрите свой кабинет, не чужой скриншот.

В «Севере» полчаса искали слово temperature в окне, где пишут письма по заявке 184. Слова не было. Был бегунок без подписи, и его уже успели сдвинуть «на всякий случай». Сдвиг сделал второе письмо. Имени параметра сотрудник так и не увидел, а разброс уже изменился. Вывод для отдела простой: если ручки не видно, не выдумывайте, что она стоит «посередине». Либо читайте справку своего кабинета, либо не опирайтесь на разброс как на управляемую вещь. Для письма с датой из заявки 184 безопаснее просить один сдержанный ответ, чем искать спрятанный бегунок.

Различия можно попросить словами

Промпт на три варианта заголовка явно просит различия, и тогда температуру не обязательно крутить. Вы забираете разброс в текст задания: вот три разных захода, не три копий одной фразы. Факты при этом остаются теми же. Заголовок не получает права выдумать площадку.

Для заявки 184 «Северу» нужны были не три разных срока. Нужны были три способа назвать письмо, чтобы на планёрке выбрать тон. Срок внутри заголовка брать неоткуда, если его нет в файле. Это и сказано в промпте. Как вообще просить варианты, не размывая запрет на новые факты, — в гайде как писать промпты.

Сделай три разных заголовка для письма по тексту ниже. Заголовки не повторяют друг друга.
Не добавляй дат, обещаний и названий площадок, которых нет в тексте.
Если факта для заголовка не хватает — заголовок без этого факта, не выдумывай.

Текст заявки:
[короткий фрагмент, не вся переписка]

В «Севере» этот запрос заменил жест «сдвинь творчество». Три заголовка легли на стол, дата приёмки в них не поплыла. Ползунок не трогали. Различия попросили, и их получили как задание, а не как побочный пар.

Разброс не заменяет сверку

Связь прямая: разброс не заменяет сверку фактов. Хоть тихий режим, хоть широкий, имя склада и дату приёмки вы сверяете с файлом заявки. Гладкий вариант при низком разбросе тоже умеет достроить типичное письмо. Редкий вариант при высоком делает это охотнее. Ни тот ни другой не ставят печать.

Как сверять уже готовый текст перед тем, как он уйдёт клиенту, разобрано в гайде проверка ответа перед клиентом. На заявке 184 в «Севере» сверка поймала «гарантируем отгрузку» именно потому, что фразу выписали отдельно от живого тона. Пока смотрели на тон, обещание казалось энергией. В списке утверждений оно стало лишней строкой, которой в файле нет.

Не следует и обратное заблуждение: поставить самый тихий разброс и решить, что проверять нечего. Тихий ответ ближе к вероятному, а вероятное для делового письма — это вежливая конкретика. Конкретика, которой в заявке 184 не было, всё равно может приехать. Просто реже. Реже — не никогда. Печать по-прежнему ваша.

Как сделать за один вечер

1. Возьмите одно письмо с именами и датой, как по заявке 184. Прогоните его, не трогая ползунок, и сохраните ответ.
2. Если ручка разброса в вашем окне есть, сдвиньте её и прогоните тот же текст ещё раз. Выпишите, что появилось и чего не было в файле.
3. Не ищите в чате слово temperature, если его нет. Запишите, как ручка подписана у вас, или что её нет.
4. Попросите три заголовка отдельным промптом, не крутя ручку. Проверьте, что заголовки не завезли новый факт.
5. Перед отправкой выпишите утверждения и сверьте с файлом. Разброс в эту сверку не подставляйте вместо исходника.

Температура меняет, насколько ответы разъезжаются. Она не делает модель внимательнее и не делает ошибку правдой. Пока в «Севере» заявка 184 не сверена с файлом, живой тон — это пар над стаканом, не новый документ.